• Афиша
  • О театре
  • Труппа
  • Репертуар
  • Гастроли
  • Фестивали
  • Новости
г. Петрозаводск,
пр. Карла Маркса, д. 19
Посмотреть на карте?
(814 2) 78-50-92 (касса)
puppet.theater.rk@yandex.ru

Интервью А. Ермашовой с режиссером Николаем Боровковым

А. Ермашова. "В театр нужно ходить с четырех лет..."// "Лицей", 2011, март

В театр нужно ходить с четырех лет...

– Николай Юрьевич, в каком возрасте начинаешь понимать детей лучше?
– Недавно обратил внимание на то, что детские поэты и писатели начинают писать, когда у них появляются свои дети. Мы с ними встречаемся на семинарах, которые проводит «Детгиз», замечательные ребята!
– А как насчет драматургов и режиссеров?
– Поскольку напрямую к режиссерам и драматургам не отношусь, мне трудно ответить (смеется). 
– Вы помните свой первый визит в театр кукол в детстве?
– Не помню. Дело в том, что я с двух лет находился в театре. Мой дедушка был директором театра кукол в Иваново в годы эвакуации. Что-то сохранилось в памяти: фрагменты, спектакли, встречи. Это послужило толчком: из научно-исследовательского института ушел в театр. Детские впечатления очень стойкие. Я встречаю людей, которых в их детстве водил в театр за кулисы, и они помнят разные детали.
 – От понимания этого, наверное, ответственность перед юными зрителями еще выше…
– Да. Но эта ответственность не навязчивая. Я не думаю о ней постоянно, но всегда ощущаю.
– В прошлом году в Петрозаводске вы поставили «Снежную королеву». О ней много писали. Критиками было высказано мнение, что спектакль рассчитан на более взрослых детей, чем было заявлено.
– Сейчас мы приготовили спектакль для самых маленьких – «Теремок».
– Каков же возраст самого маленького зрителя театра кукол?
– Когда в нашей стране было специальное законодательство и критерии качества, режиссер-кукольник Сергей Образцов говорил, что в театр нужно ходить с пяти лет. Все этому следовали. Поскольку у меня лично сохранились воспоминания о театре с более раннего возраста, считаю нужным объявить: с четырех лет. А пускать на спектакль с трех, если видно, что ребенок готов. Иногда в театр приводят совсем маленьких детей,  и это печально. Понимать психику детей не учат в вузах ни режиссеров, ни актеров. А ведь это люди, которые всю свою жизнь должны будут посвятить детям! Они работают вприглядку.
Семейных спектаклей в театре кукол быть не может. Ничего специально интересного для родителей в них нет. Но когда родители приходят вместе с ребенком и видят, что спектакль ребенку нравится, что ребенок «включен», они превращаются в детей в буквальном смысле этого слова. Когда бритоголовый папа начинает что-то кричать, это полный восторг! Но думать нужно только о маленьком зрителе и делать все только для него.
– Есть ли в вашем «Теремке» какой-нибудь секрет для малышей?
– Наверное, есть. Ведь когда знаешь, что на спектакль могут прийти совсем малыши, не грех подумать, чтобы их ничего не напугало. Но и конфликтную ситуацию, которая есть в «Теремке» упрощать не хочется. Многие психологи считают, что коллективное переживание страха полезно и плодотворно. Секрет в том, чтобы найти баланс.
– Есть ли маленький критик, к мнению которого вы прислушиваетесь еще до премьеры?
– Когда дочка, а позже – внучка, были маленькими, они были такими критиками. Сейчас постоянного наблюдателя нет, но я пытаюсь отслеживать реакцию зрителей. Те, кто говорит, что на зрителя не нужно ориентироваться, лукавят. Нужно программировать и наблюдать за восприятием детей. Мне кажется, в этом нет ничего предосудительного. Если я хочу, чтобы в этом месте смеялись, значит, я добьюсь этого. Если я хочу, чтобы в этом месте дети примолкли, то буду дорожить этим моментом. Если юные зрители плачут, значит, я заложил это, ведь после им нужно будет сосредоточиться. Выстраивание таких «партитур» возможно только в тесном общении со зрителем. С детьми нельзя сюсюкать, они этого не любят. С ними нужно разговаривать очень серьезно, но на их языке. Это трудно, этому нужно учиться.
– Вы и режиссер, и драматург, и мастер по изготовлению кукол…
– Жизнь заставляет. Пьес, которые хотелось бы поставить, появляется совсем мало. «Снежная Королева» – прекрасная пьеса Шварца. Кто такую нам сейчас предложит? Все театры ставят «Аладдина» Гернета. Пьеса была написана в 1939 году! Приходится брать карандаш в руки и делать вид, что ты драматург. Хотя драматургом я себя не считаю.
Созданием кукол я занялся со студенческих лет, если не раньше. Я люблю работать руками, ведь перед тем, как стать кукольником, побывал инженером. 
– Вы оптимист?
– Недавно увидел Льва Мартынова в программе Сати Спиваковой на телеканале «Культура». Он говорил на свою любимую тему: о том, что искусство в России умерло. Он считает себя оптимистом, понимая, что так по-свински жить нельзя. Следовательно, это когда-нибудь кончится. 
Как есть разные круги внимания по Станиславскому, есть разные сферы внимания по жизни. В том круге, в котором я живу и работаю, мне радостно. В этом узком кругу общения можно быть оптимистом. Более широкий круг человечества вызывает отвращение. Как мы все заврались! Не разбираемся, не вникаем, но выражаем свое мнение. 
Мне грустно слышать о новых образовательных стандартах, где планируется только четыре обязательных предмета, среди которых физкультура и ОБЖ. Если физическая культура обязательна, обязательной должна стать и духовная культура.
Я считаю, что мы должны жить, а не выживать, пусть о нашей безопасности заботится государство и милиция. Мы должны радоваться. И эту радость я хочу видеть и у персонажей своих спектаклей, и у актеров. Без этого никак нельзя обойтись! 
Возвращаясь к словам Мартынова о гибели искусства, считаю, что театр для самых маленьких – это место, где еще что-то живое может прорастать и какие-то плоды приносить.
–Закончите фразу: лучший спектакль для детей – это…
– Это спектакль, который останется в памяти ребенка на долгие годы.

Беседовала А. Ермашова